Новости
О ловушке «Отсутствие преемственности в управлении» на примере X5 Retail Group

Ловушки интеграции. Мы все чаще сталкиваемся с тем, что крупные торговые системы попадают в повторяющиеся кризисные ситуации. Ряд из них описан Ицхаком Адизесом и широко известен. Но есть и новые, свойственные сегодняшней системной парадигме развития торговой сферы. В своей диссертации мы выделили две новые ловушки «Искусственное ускорение темпов роста» и «Отсутствие преемственности в управлении».

Читать далее...

НА НАШЕЙ УЛИЦЕ - ПРАЗДНИК
28 марта Вячеслав Чеглов защитил диссертацию на соискание ученой степени доктора экономических наук. В своей альма матер - РЭУ имени Г.В. Плеханова.
Работа называется "УПРАВЛЕНИЕ ФОРМИРОВАНИЕМ И РАЗВИТИЕМ ИНТЕГРИРОВАННЫХ ТОРГОВЫХ СИСТЕМ В РОССИИ".
5 лет в качестве орг. консультанта при зарождении отечественных торговых сетей, 15 лет практической управленческой работы в них, затем 5 лет научного осмысления, 6 монографий и 60 публикаций. Результат - ясная, четкая, конкретная картина того, каким образом торговля на наших глазах превратилась во вторую по значимости отрасль экономики, из распределителя товаров в законодателя потребностей и вкусов, из мирного сообщества советских торгов в арену борьбы транснациональных корпораций и гигантов федерального уровня. 
В работе представлена система практических рекомендаций для малого и среднего бизнеса про то, что делать, чтобы вписаться в новую реальность и не пасть невинной жертвой в этой борьбе гигантов. И выйти на тропу дальнейшего развития. А для крупного бизнеса - что делать, чтобы рост капитализации не препятствовал операционной эффективности.
Подарок в честь дня рождения

В день рождения супруга подарила мне книгу Майкла Берга "Стать подобным богу или Каббала и наше предназначение". Признаться, я ее только пролистал и сразу наткнулся на следующий постулат "Только отдавая, мы действительно можем что-то дать самим себе". И я решил сделать себе подарок и отдать свой первый учебник "Экономика и организация управления розничными торговыми сетями". Сделать его полностью доступным. С сегодняшнего дня его можно свободно скачать в pdf на сайте в разделе "книги".

В.П. Чеглов

Отсутствие внутренней свободы и дилетанство. Насаждаемые привычки и что из них следует?

Почему в нашей стране все всегда идет не так?

Ниже мы приводим интересную точку зрения на причины происходящего. К сожалению автор не предлагает какого-либо рецепта. Нам представляется, что начинать нужно с себя, осознать то, что происходит и выстраивать свой внутренний мир независимо от влияния внешних факторов, черпать силы от земли, общения с друзьями, на тренингах, из книг. Вырабатывать у детей защиту от негативного влияния окружающей среды и способности принять то лучшее, что она дает. И тогда мы сохраним будущее и Россию, как великую страну.

Читать далее...

Главная  Модели успеха  Андрей Коркунов

Модели успеха

Нет смысла нанимать толковых людей, а затем указывать им, что делать. Мы нанимаем людей, чтобы они говорили, что делать нам.
Стив Джобс
Вы не должны иметь в команде пессимистов. Они приведут Вас к посредственности.
Карлос Слим

 

Саморазвитие успешного человека немыслимо сегодня без осознания накопленного человечеством опыта. Мы читаем учебники, мемуары. Но не менее интересны модели достижения успеха тем или иным человеком. Жившим когда-то и нашим современником. Ведь жизнь показывает, что мы повторяем сценарии других, их ошибки, делаем свои. Но когда человек вооружен знаниями, он зряче строит жизненный сценарий. 


Материал к тренингу "Ролевые модели в кротовых норах".

Мы предлагаем Вам посмотреть подборку о людях, которые были выбраны нашими экспертами в качестве ролевых моделей личной и профессиональной успешности. Каждого из них отличает яркая жизнь, преодоление трудностей, творчество, взлеты и падения, умение взаимодействовать с людьми и принимать жизненно важные решения.

Если что-то в этих историях Вас «зацепит», значит, пришла пора активно строить свое будущее. Ролевое моделирование реальных историй - хороший инструмент для такой постройки. Получите информацию. И действуйте. И да пребудет с Вами Сила! 

Записаться на мероприятие Вы можете здесь.

« Назад

Андрей Коркунов  30.04.2015 19:23

Фамилию КОРКУНОВ сегодня знает каждый. Шоколадные конфеты под этой маркой потеснили на наших прилавках продукцию многих маститых иностранных фирм. Многие думают, что Коркунов жил до революции и поставлял продукты к императорскому двору - как Филиппов или Абрикосов. Отнюдь: Андрей Коркунов живет и здравствует. Ему 41 год. А его кондитерской фабрике, что находится в подмосковном Одинцове, - всего три с половиной года.

За последний год производственные площади увеличились с 3000 до 8500 квадратных метров. В настоящее время объемы производства фабрики составляют 6 тысяч тонн в год. В ближайшей перспективе мощности предприятия планируется довести до 20 тысяч тонн в год.

 

- Андрей Николаевич, слышал, что вы большой гурман. Откуда эти "буржуйские" замашки?

 - Не знаю! Родители мои - совершенно простые люди. Я до семи лет жил в деревне у бабушки, а потом в маленьком городе Алексин Тульской области. Когда еще школьником был, мама со мною намучилась. Я не мог есть первое блюдо, если оно простояло больше суток. Для меня лучше было сварить суп из пакета, но чтобы он был свежий! Холодец, винегрет я мог есть, только когда видел, что они сделаны недавно. Не мог сломить себя психологически. А вот когда был студентом, приходилось есть все - и вчерашнее, и позавчерашнее. Кефир, картошка на маргарине - и ничего!

 

- В детстве мечтали стать космонавтом?

 - Два года назад ко мне в офис пришла одноклассница. Так она сказала: "Коркунов! Я же помню, как ты в школьном сочинении написал, что хочешь быть директором завода. Вот ты его себе и построил и стал директором!" Мой отец тоже работал директором завода, он ездил на черной "Волге", его знал весь город. Я считал, это так круто! И хотел походить на него.

 

- Вас воспитывали в строгости?

 - У мамы была привычка снимать тапок и колотить им меня. А била она меня не за обычные мальчишеские провинности, а за то, что я приносил из школы не "пятерки", а "четверки"!
Как вспомню, что катался на льдинах по Оке, меня аж в дрожь бросает! И падали в воду, и спасали друг друга. А потом грелись у костра, да еще за бутылкой водки бегали, чтобы согреться. Боялся я тогда только одного, чтобы трусы мокрые мать не обнаружила.

 

- Драться приходилось?

 - Я этот период как-то проскочил. Когда дрались сильно, я еще маловат был, а когда подрос, эти мероприятия притихли. Занимался я боксом, самбо, лыжами и рубился на хоккейных площадках.

-На Олимпиаде заработал на полмашины

 

- Почему вы решили после школы поступать именно в Энергетический институт?

 - У меня сосед поступил в Энергетический, так он на каникулы приезжал в красивой куртке стройотрядовской, с эмблемами: А мне не хотелось изучать фундаментальные науки, я же хотел быть директором. Сосед и посоветовал поступать в Энергетический - ближе к производству. И я поехал учиться "на директора".

- В 60-х годах был громкий процесс над валютчиками. Один из них, некто Рыков, рассказывал, как он начинал бизнес. В школе, учась в первом классе, скупил все пирожки в буфете по пять копеек, а ученикам продавал их по 10.

- Я первые деньги стал зарабатывать на втором курсе. Причем в два раза больше, чем работая по специальности после окончания института. Студентом я получал стипендию и в двух местах числился дворником. Подметал возле школы и недалеко от нашего общежития. К тому же в комсомольском бюро я отвечал за работу с иностранцами. Покупал у них джинсы, а потом перепродавал в Алексине, в Туле и имел неплохие деньги. То есть был я фарцовщиком. Специализировался на джинсах, целлофановых пакетах и сигаретах "Мальборо".

Очень хорошо мы поработали во время московской Олимпиады 1980 года. Я торговал пепси-колой недалеко от Курского вокзала. За ней тогда выстраивались очереди. Мы не только продавали напиток, но и должны были принимать пустые бутылки. Но люди не хотели стоять в очередях, чтобы сдать бутылку, и просто оставляли тару. Отсюда и деньги. Я заработал тогда на полмашины! В студенческие годы я мог себе позволить обедать и ужинать в шикарном московском ресторане "Прага". В то время я ходил в фирменном джинсовом костюме "Вранглер".

На последних курсах вообще стал хорошо зарабатывать. Работал на вагоноремонтном заводе им. Войтовича кочегаром. Вагоны заправляли водой, и еще нужно было натаскать угля, чтобы растопить печку в вагоне. Вагоны прибывали из Азербайджана, Грузии. А проводники их - ребята гордые, уголь таскать для них унизительно. А для меня, простого русского парня Андрюхи, за 25 рублей - одно удовольствие. За ночь в вагонов шесть-семь уголька натаскаю. Тонны две перелопачивал. Рублей 800 в месяц имел на этом деле. Я был богатейший студент.

 

- И пошла жизнь счастливая и беззаботная?

 - Увы! После института попал я по распределению на Подольский электромеханический завод. Стал начальником участка с окладом 175 рублей. Я был в шоке. Я не знал, как мне жить на эти деньги. И опять пошел наниматься дворником.

Пришло время служить в армии. Тут отец помог. По блату пристроили меня военпредом. Я работал в конструкторском бюро и был представителем от Министерства обороны. Пять лет добросовестно прослужил, пока не женился, и денег опять стало не хватать. Это уже было в Коломне. Как-то встретил старого приятеля, и решили мы открыть кооператив по пошиву джинсов. Продавали их в Москве и Подмосковье на ярмарках. Я понимал, что Коломна - это маленький город. Душа моя рвалась в Москву. Я там чувствовал себя как рыба в воде. Бросил Коломну и приехал в столицу. Здесь мы с приятелем открыли торговый дом. Продавали спирт, оргтехнику, стройматериалы.

 

- Бандиты тогда не дремали. Как с ними договаривались?

- Ну, ездил я на пару "стрелок" с бандитами. Тогда все это было благородней немножко. Но в общем меня это, слава богу, обошло. Мы работали при банке, а поскольку являлись его клиентами, то их служба безопасности нас защищала и мы как бы под их крылышком сидели. К тому же мы не занимались опасным бизнесом - водкой или нефтью. И росли всегда потихонечку. Не было у нас такого, что деньги чемоданами таскали. Всегда цивилизованно работали, с банками.

 

- Значит, мечту свою детскую похоронили, в директора уже не тянуло?

 - В 1997 году я задумался. Когда же стану директором завода? Тогда уже пришло понимание, что покупать и перепродавать что-либо - это тупик. Нужно производить. Вроде все ниши были заняты. И я решил заняться производством конфет. Пригласил итальянских специалистов. В Одинцово купил землю и решил строить фабрику. Итальянец, когда увидел пустырь, какие-то сваи, слегка приуныл. Да еще на улице 20 градусов мороза. Спросил: "Когда будет фабрика?" Я ответил, что в сентябре. Он подумал, что я больной на голову. А когда я привез Марио к себе на дачу и напарил его в бане, а потом мы выпили столько, сколько итальянец за всю жизнь не пил, он сказал: "Я останусь в России только для того, чтобы посмотреть, как этот парень откроет фабрику через 9 месяцев!" Мы тогда подписали контракт только на один год. А Марио отмечает свой день рождения здесь, в России, уже четвертый год. Он настолько полюбил Россию, что еще года два пробудет здесь.

За воровство увольняет целыми бригадами

 

- Как удалось так быстро построить фабрику?

 - Когда я начинал строить, понятия не имел, что такое возвести современное предприятие на 10 гектарах площадью 40 тысяч квадратных метров. На пустыре, где была свалка. Но когда у меня получилось, я испытал чувство, близкое к оргазму. Если есть кураж, это здорово! Мы сегодня открыли офис в Америке, продаем там конфеты. В Америке! Я лечу в самолете компании "Люфтганза", а в салоне раздают пассажирам мои конфеты! Вот это и есть экстаз!

 

- Конфеты любите?

 - Я не только их люблю есть, я их сам делаю, вручную. Наш завод производит килограммов 150 в день, не больше. Я участвую в разработке рецептур. Я хотел, чтобы конфеты были менее сладкие, не такие, как в Европе. Я не люблю сладкие конфеты. Мы стоим и лепим эти конфеты руками. У них маленький срок хранения. Две недели. Но конфеты получаются потрясающие. Хотя они дороже обычных в четыре раза.

- Ученые говорят, будто в шоколаде много вредного лецитина.

- На самом деле лецитин - это соевый продукт. Это не холестерин! Лецитина очень мало в шоколаде. Его доза безвредна. А добавляют его для того, чтобы сделать шоколад пластичным и иметь возможность разливать его по формам.

 

- В милицейских сводках одинцовская преступная группировка упоминается как одна из влиятельнейших в стране. Как с ними сосуществуете, ведь вы на "их территории"?

 - Мы - предприятие федерального значения. И имеем возможность обратиться за помощью и к органам федеральной безопасности, и к органам Министерства внутренних дел. Мы работаем честно! А группировок боятся те, кто сами нарушают законы.

 

- Что бы вы посоветовали начинающим бизнесменам?

 - Зарядите себя на мысль: если через 10 лет вам придется давать интервью, то вы смогли бы искренне сказать, что никогда никого не обманули, не подставили и никому не должны! Главное в бизнесе - это репутация. Не спешить. Двигаться потихоньку. Не конфликтовать. И главное - человек должен рисковать!

 

- Бизнес делает человека жестким, сантименты исчезают, теряются друзья. Это про вас?

 - Несомненно, это накладывает отпечаток. Я стал иногда кричать на подчиненных. Времени стало меньше. Раньше в компании я знал каждого, его семью, его историю. А сегодня я приезжаю на фабрику и даже в лицо не знаю работающих. Но я должен вести коллектив к успеху. Поэтому порой приходится идти на непопулярные меры. Когда были пойманы на воровстве несколько человек, я не стал разбираться, а уволил всю бригаду. Наверное, я кого-то обидел. Но по-другому не могу.

Порой я не могу понять людей. Как-то ко мне обратилась женщина с моей фабрики за материальной помощью для сына, который попал в аварию. Я помог. А через некоторое время на фабрике разоблачили шайку воров. Так вот главной у них была эта женщина. Она плакала у меня в кабинете, но не от раскаяния, а от обиды, что попалась.

 

- Жене с вами трудно?

 - Жена - мой друг! При моей работе очень важно, что я уверен: придя домой, застану там человека, который меня ждет. И стрессы снимет, и пожалеет, и, если надо, с ложечки покормит. А я не сопротивляюсь. Это же дома. А вышел за двери - ты зверь, ты добытчик пропитания для семьи.

 

- Кстати, человеческие слабости у вас есть? На охоту, рыбалку ездите?

 - Охоту не люблю. Никогда не смогу убить беззащитного зверя. Это нечестно. Да и смысла лишено. А рыбалку люблю! Мы и зимой ездим на подледный лов. Жалко, недавно рыбалка сорвалась - улетаю на днях в Кению. Мне сказали, что нужно сделать прививку. Медсестра сделала укол и сообщила: нельзя пить - страшно сказать - десять дней после укола! Друзья в шоке, я тоже.

 

Источник.


 

Человек практического склада

Когда мы знакомились, мне сказали: вот человек, который не вложил в бренд ничего, но разве есть кто-то, кто о нем не слышал?

Когда мы общались, я спросила: каково это - покупать себя самого в магазине?

«Был у меня такой случай. Летел я на переговоры за границу, торопился и забыл на фабрике взять презент партнерам. Зашел в Duty Free, купил коробку наших конфет. Девушка у кассы меня спрашивает: вы это у нас такие конфеты покупали? Мой коллега говорит: а вы, девушка, на карточку посмотрите. Девушка и посмотрела. И на коробке, и карточке было написано одно и то же - «А. Коркунов».  

- Когда вы выходили на рынок, здесь уже уверенно присутствовали крупные международные корпорации. В чем секрет успеха бренда «А. Коркунов»?

- Так получилось, что мы вышли на рынок после дефолта, когда иностранные компании из-за неустойчивой экономической ситуации боялись экспортировать в Россию дорогой товар. С другой стороны, сыграло роль и то, что мы изначально позиционировали себя как российскую марку. Если вспомните, к концу 90-х у нас в стране люди постепенно стали понимать, что наша продукция - и молочная, и мясная, и кондитерская - это вовсе не хуже, а чаще намного лучше иностранных товаров. Эти два фактора стали ключевыми для нашего успеха и позволили нам укрепиться на рынке. Мы заняли фактически пустовавшую на тот момент нишу, используя самые последние достижения и технологии в кондитерской промышленности, качественный российский продукт.

- Тем не менее - 99-й год, денег у людей нет, шок после дефолта. Вы были уверены, что такой продукт будут покупать?

- Дело в том, что мы, создавая с нуля этот продукт, этот бренд, многому учились, в том числе маркетингу и технологиям ведения бизнеса. Это как в ситуации, когда собираешься нырнуть, знаешь, что глубоко, но не знаешь насколько. Тут глубина не пугает, страха нет. У нас было именно так - запуская бизнес, мы не осознавали, как это может быть трудно. Однако с самого начала была поставлена цель - производить очень качественный продукт. Применительно к конфетам все очень просто - они должны быть вкусными. Это главное. Экспериментируя с образцами, мы поняли, что качественные конфеты получаются из вкусного ореха, из настоящего шоколада и т.д., а все настоящее - дорого. Поэтому такие конфеты, в принципе, не могли быть дешевыми. И, несмотря на тяжелую послекризисную ситуацию, мы закупали самое качественное сырье, заказывали хорошую упаковку, что тоже добавляло стоимости, но мы знали, что другого пути у нас нет. Конечно, была боязнь, что потребители нас не поймут, но мы рискнули. Понимаете, конфеты-то действительно вкусные!

- Конечно, вкусные! А, кстати, откуда рецепт?

- Вы знаете, если рассказать профессионалам-кондитерам, как все было, то это, наверное, вызовет у них улыбку. У нас работал итальянский технолог, Марио, который привез несколько рецептов из Италии. В буквальном смысле он мешал в пластиковых стаканчиках разные варианты и давал мне попробовать. Я ему говорил, что мне нравилось, а что - нет. Это сладко, давай здесь поменьше сахара и больше какао, и еще нужно изменить процентное содержание орехов. Вот так все и происходило. Именно тогда я стал понимать, что соотношение процентного содержания начинки и шоколада очень сильно влияет на вкус конфеты. Оказалось, что итальянские рецепты с русским вкусом - это именно то, что я любил в детстве. С этим связана целая история. Когда мы уже наладили производство и должны были выпустить первую промышленную партию конфет, я приехал на фабрику вечером и еще раз попросил Марио дать мне попробовать конфеты, которые должны были завтра пойти в производство. Попробовал - не нравится. Предложил Марио все переделать, на что он мне ответил: «Ты сумасшедший, так нельзя - завтра в 8 утра смена, мы начинаем работать, это невозможно». Но я же чувствую, что это не то! «Ничего, говорю, отложим запуск на полсмены». Опять взяли пластиковые стаканчики и смешивали ингредиенты до трех часов ночи, пока, наконец, не нашли то, что нужно. Мы поменяли все начинки и рецептуру и только потом запустили производство.

- То есть «А. Коркунов» - это те конфеты, которые вы создали на свой вкус. Они, действительно, ваши собственные?

- Мои собственные. Мне повезло в этом отношении - у меня такой среднестатистический вкус, который нравится всем. Я просто делал и делаю конфеты под себя - так, чтобы мне нравилось.

- А как вы наладили производство? Модернизировали Одинцовскую фабрику?

- Никакой модернизации не было и не могло быть - было строительство. До 99-го года Одинцовской кондитерской фабрики не существовало в природе. Доходит до курьезов. Один мой знакомый как-то сказал, что в 97-м году на свадьбу дочери возил в Нью-Йорк наши конфеты с Одинцовской фабрики. Но тогда их, как и фабрики, просто еще не было в природе.

- Как же вы попали в этот бизнес?

- У нас был торговый дом, который занимался поставками продуктов питания, в том числе шоколада, - мы продавали итальянские конфеты. В процессе продаж стали покупать в Италии весовые конфеты, а упаковывали их уже здесь.

- Это был не «А. Коркунов»?

- Конечно, нет. Это были итальянские конфеты. В конце концов, мы подошли к тому, что стали делать здесь все, за исключением самих конфет. Тогда-то мы и решили построить фабрику в России. Итальянцы сначала согласились, а потом испугались. Нам пришлось самостоятельно завершать строительство фабрики, закупать и устанавливать оборудование.

- Вот так, без всяких фокус-групп взяли, размешали в пластиковом стаканчике и запустили. Как же так? Неправильно ведь с точки зрения маркетинговой теории…

- Лучшее - враг хорошего. Вообще это плохо, когда есть выбор. Мы в советские времена не мучались. Были «Жигули» и «Москвич». Какую машину получил - не важно, главное, что получил, и счастлив на всю жизнь. Сейчас, когда есть выбор, ты начинаешь думать, что купить. Также и с фокус-группами. Если долго думать: пойдет, не пойдет эта конфета, то можно и вовсе отказаться от идеи ее создания. Чем предприниматель отличается от профессионального менеджера? Тем, что у него есть интуиция, а у менеджера - набор знаний. Интуиция позволяет принимать на первый взгляд странные решения, но именно они, что называется, попадают в десятку. Этому просто невозможно научиться в школе бизнеса. Тем не менее компания может эффективно развиваться за счет предпринимательской интуиции лишь до определенного уровня. Рано или поздно наступает момент, когда одной интуиции мало. Недавно я читал лекцию для студентов MBA и в качестве задания попросил слушателей написать кейс по нашей компании. Большинство ребят предложили интересные решения, часть из которых совпала с тем, что действительно произошло. Однако все это описано в учебниках и ложится в схему классического маркетинга. Лишь один слушатель из группы - кстати, из Бразилии - предложил совершенно неожиданные варианты. Я когда его выслушал, то понял, что этого парня ждет большое будущее. У него светлая голова и исключительный талант в бизнесе, он умеет подняться над теорией, войти в реальную ситуацию и предложить нестандартное решение. По сути своей он был единственным предпринимателем из всей группы. Остальные - отличные менеджеры - грамотные, правильные управленцы.

- Это хорошо или плохо, что он один такой оказался?

- Это нормально. Нормальная пропорция - менеджеров априори должно быть больше, но только бизнесмен способен перешагнуть за страницу учебника.

- А ваша компания уже перешла из разряда предпринимательской на другой уровень, требующий серьезного менеджмента?

- Основной костяк людей, которые занимаются стратегией, остался прежним, но пришли новые менеджеры, управляющие компанией. Они настраивают механизм, который был создан. Я же со своей стороны пытаюсь сохранить то, что всегда было нашим преимуществом: быстрая ориентация на рынке и быстрое приятие решений. У нас есть экспериментальная лаборатория, где мы сделали больше тридцати новых конфет. Думаю, что только на принятие решения о создании такой лаборатории в крупных компаниях ушло бы год - полтора. Пока бы приняли решение, пока через Совет директоров прошли, потом запуск конфеты... Мы работаем быстрее. Например, возьмем одну из наших новых конфет - «Шампань», которая появилась на прилавках через семь месяцев после того, как родилась сама идея ее создания. Точно так же быстро мы выпустили плиточный шоколад. Кстати, на американском рынке этот наш продукт продается лучше, чем у нас.

- Какой объем продаж в Штатах и как давно вы вышли на американский рынок?

- Мы начали экспортировать наши конфеты в 2001 году. В настоящий момент около пяти процентов от общего объема производства мы экспортируем в США, Германию, страны СНГ и Прибалтики. Наверное, мы сохраним это соотношение и в будущем. Ведь выход на европейский и американский рынки - это достаточно длительный и нудный процесс, поскольку там есть свои правила игры, которые нужно понять и постичь. Должно пройти время, прежде чем на тебя обратят внимание и начнут иметь дело. Никто не будет рисковать и вкладывать свои силы и средства в товар, который может завтра просто исчезнуть с этого рынка. На самом деле мир очень тесен, а кондитерский - особенно. Он полнится слухами: вот появился такой-то, обратите внимание… Быстрого успеха там добиться невозможно, если только ты не придумал что-то из ряда вон, что-нибудь принципиально новое.

- Что «продает» вас на Западе - вкус или русский колорит?

- Недавно мне пришло письмо от одной американки. У нее аллергия на некоторые добавки, которые используются при производстве шоколада, но она его очень любит. Так вот, она пишет, что случайно купила наш шоколад в супермаркете, попробовала, и аллергии не было. Дело в том, что мы используем только натуральные ингредиенты, ничего не добавляем и сознательно идем на определенные потери. Например, у нас срок хранения не год, как почти у всех, а полгода. Но зато это настоящее качество, и лично для меня это принципиально!

- Ну и зачем вам это? Все равно ведь люди не различают эти микроскопические добавки, а шоколад дольше хранится и выглядит лучше.

- Вы правы. Мало того, я совершенно точно знаю, что практически ни один человек на вкус не может отличить шоколад без добавок от шоколада, в который добавили, например, немного молочного жира вместо какао-масла, чтобы он не «седел». Недавно мы провели маленький эксперимент. На переговорах положили стопроцентно натуральные конфеты с ореховой пастой и конфеты с ореховой эссенцией. Люди съели все натуральные конфеты и совсем немного - с добавками. То есть на подсознательном уровне мы все-таки делаем выбор, наш организм чувствует обман, фальшь и неестественный продукт. Я не хочу делать невкусные конфеты. Серьезно. Для меня это на первом месте.

- Вы согласны с тем, что маркетолог - это одна из самых дефицитных профессий сейчас?

- Безусловно. Мало того, это творческая профессия - у человека должен быть настоящий талант. Многие же почему-то считают, что достаточно знаний, полученных в каких-то специализированных учебных заведениях. По-моему, это заблуждение. Кроме того, маркетолог должен быть всем сердцем предан делу. Я глубоко убежден в том, что если человек переходит из одной компании в другую - сегодня занимается маркетингом кондитерских изделий, а завтра - пива, то ничего путного у него не получится. Поверьте, я с этим сталкивался. Конечно, бывают звезды, выдающиеся личности, но это скорее исключения, которые только подтверждают правило. Обычный талантливый специалист, не гений маркетинга, должен досконально знать все нюансы производства продукта, с которым он работает, а на это нужно время, опыт. Я уверен, что маркетологов нужно растить в собственной компании. Почему дефицит таких людей? Многие считают себя маркетологами, как многие считают себя художниками, музыкантами и т.д. От маркетолога зависит не только то, как товар будет уходить с полки. Есть определенные вещи, которые мы не видим, но чувствуем. Нужно уметь создать бренд, который будет на эмоциональном уровне воспринят потребителем.

- У вас есть позиция директора по маркетингу?

- Позиция есть, человека нет. Где его взять? Сейчас эти функции у нас распределены между несколькими топ-менеджерами. Так и работаем.

- И бренд-менеджеров у вас тоже нет…

- Наш директор по продажам - Николай Харченко, стоящий у истоков создания компании, - является, пожалуй, лучшим бренд-менеджером, которого можно себе представить.

- У вас были какие-то сомнения по поводу того, чтобы дать продукту свое имя? Все-таки серьезный шаг, прямо скажем.

- Происходило это очень интересно. В мире кондитеров считается обыденным явлением давать марке свое имя. Я долго сомневался и решил посоветоваться с Владимиром Довганем, которого хорошо и давно знаю, тем более что у него уже был аналогичный опыт. Довгань мне сразу сказал: «Не переживай, только букву «А» поставь впереди». Это было последней каплей, он меня убедил, как-то поддержал с этой идеей. Можно сказать, это был его вклад в наш бренд.

- А какие варианты рассматривались?

- Была масса вариантов названий. Однако отсутствие финансов, как выяснилось, порождает креативность. Мы решили, что поставим реальное имя и скажем, что за качество отвечаем этим именем. То есть Коркунов - это качество.

- Сказать качество и сделать качество - это могут быть разные вещи…

- Нет уж, это не могут быть разные вещи. Это же я, это мое имя.

- Кстати, про рекламный бюджет. Вы отдавали себе отчет в том, что вам нужна реклама?

- Конечно, мы прекрасно понимали, что даже самые вкусные на свете конфеты нуждаются в рекламной поддержке.

- И бюджет планировали заранее?

- Нет. Просто решили, что вот у нас есть 150 тысяч, и мы готовы их потратить на рекламу. Понятно, что на заметную телевизионную рекламу этого точно не хватит, поэтому акцент был сделан на наружную рекламу. Купили около 40 рекламных щитов, каждое место выбирали очень тщательно. В итоге эффект был такой, будто вся Москва завешана нашей рекламой. Мало кто верил, что мы не тратим безумные деньги на продвижение.

- По какому принципу вы размещали рекламу в печатных СМИ? - С журналами мы тогда практически не работали. Мы понимали, что Москва - это город, в котором бывает вся Россия, поэтому в первую очередь здесь нужно быть заметным. Пресса, к сожалению, в этом смысле не дает желаемого эффекта.

- Все-таки я помню какие-то ваши телевизионные ролики.

- Да, у нас есть несколько рекламных роликов. Каждый раз это такое маленькое приключение - написание сценария, съемки… Помню, был такой ролик, мы его сами придумали - про девушек, которые занимаются фитнесом, и когда они вместе, то съедают кто морковку, кто яблоко. Однако после тренировки каждая из них садится в свою машину, наедине с собой разворачивает конфету «А. Коркунов» и с наслаждением ее съедает - нельзя отказать себе в удовольствии. Мы очень тогда гордились этой работой.

- И с тех пор вы больше телевизионную рекламу не делали?

- Конечно, делали, но я точно могу сказать, что за пять с половиной лет весь наш бюджет на телевидение, включая размещение, не превышает миллиона долларов.

- Вы считаете, что телевидение как носитель вам не нужно?

- Нам не нужна массированная атака на потребителя, которую дает ТВ. Скорее, для нас важнее имиджевая реклама, которая напоминает о бренде, - она должна периодически появляться. Нам нужно о себе напоминать, но устраивать массированные атаки нет смысла. Все-таки наши конфеты - это дорогой продукт, чаще всего их покупают в качестве подарка. Знаете, лично мне было бы не очень интересно получить в подарок то, что я каждый день вижу по телевизору, реклама чего мне надоела. Какой же это подарок? Должна быть интрига. В телевидении нам гораздо интереснее продактплейсмент - ненавязчивая демонстрация наших конфет в художественных фильмах, сериалах.

- Вы сейчас расширяете производство. Это потребует дополнительной рекламной поддержки?

- У нас всегда был дефицит продукции, так как со сбытом нет проблем в принципе. Проблема в том, что мы не успеваем удовлетворять спрос, именно поэтому и расширяемся. Мы трезво смотрим на ситуацию: у нас нет цели захватить большую долю рынка, пойти в массовый сегмент. Наша задача - оставаться в определенной нише, повышая качество и расширяя ассортимент. Именно этим и собираемся заниматься в обозримом будущем.

ДОСЬЕ

Андрей Коркунов, председатель совета директоров ООО «Одинцовская кондитерская фабрика» Родился в 1962 г. в городе Алексине Тульской области. В 1985 г. закончил Московский энергетический институт и был принят на работу на Подольский электромеханический завод им. 50-летия Великого Октября. В 1987 г. приступил к работе в закрытом КБ в Коломне (Московская область). В 1991 г. организовал в Коломне кооператив по пошиву одежды. В 1993 г. основал торговый дом, который специализировался на продуктах питания. В 1996 г. основал торговую компанию «АРС-Фудс», специализация - кондитерские изделия. В сентябре 1999 г. запустил «Одинцовскую кондитерскую фабрику» и с этого времени является ее руководителем. Женат, имеет дочь.

АНКЕТА - Кофе не пью. Чай - зеленый и пуэр, который сам привожу из Китая, где бываю раз в полгода. - Телефоны - Nokia и Motorola. - Автомобили - Mercedes и Range Rover. Часто сам за рулем, так как очень люблю водить автомобиль. Несмотря на то что есть водитель и охранник, бывает, что я их катаю. - Парфюм уже лет 15 один и тот же - Opium pour homme от Yves Saint Laurent. Его почти не стало в последнее время. Недавно на Елисейских полях увидел в магазинчике и купил сразу флаконов десять, наверное. - В одежде никаких особых пристрастий нет. Часто бываю в Италии, нашел там очень хороший магазин, где можно заказать себе костюм по совершенно нормальным ценам, в отличие от московских. - Еда - если скажу, что люблю все рестораны Новикова, то вряд ли буду оригинальным. Наверное, я человек практического склада. Главное - чтобы было удобно. Это значит, чтобы было по дороге домой или недалеко от того места, откуда я еду, чтобы была хорошая кухня и желательно, чтобы это был ресторан Аркаши. - Сигареты - Marlboro. - Алкоголь - больше всего я люблю красные сухие французские вина, а также очень нравится виски Lagavulin.

 

Источник.

 


 

Андрей Коркунов: «Два раза в одну шоколадную реку не войти».

После продажи Одинцовской кондитерской фабрики американской Wrigley АНДРЕЙ КОРКУНОВ продолжает активно участвовать в работе своего детища. В интервью корреспонденту РБК daily АЛЕКСЕЮ КУЗЬМЕНКО бизнесмен рассказал, почему не хочет создавать новый кондитерский бизнес и давать свое имя другим продуктам питания, что нужно для успешного экспорта шоколада, будут ли открываться бутики «А.Коркунов» по франчайзингу, как продвигается проект по строительству технопарка и зачем ему нужен собственный банк.
МОЕ, РОДНОЕ
— В 2007 году вы продали Одинцовскую кондитерскую фабрику компании Wrigley (сейчас входит в корпорацию Mars. — РБК daily), но до сих пор остаетесь ее президентом. Что входит в сферу вашей деятельности на этом по¬сту? Вы вовлечены в решение текущих вопросов?
— После сделки по продаже фабрики я отошел от оперативного управления, но участвую в решении вопросов стратегического планирования: в разработке новой продукции, новых видов упаковки, во внедрении новых технологий. Также участвую в работе по поддержанию имиджа бренда «А.Коркунов».
— Непосредственно на фабрике ча¬сто бываете?
— Три-четыре раза в месяц. Посещением фабрики я считаю проверку работы производственного цеха, общение с людьми и т.д. Если я приехал к гендиректору поговорить в его кабинете и уехал, то это я не считаю посещением фабрики.
— Вы сказали, что участвуете в создании имиджа бренда. Это касается только бренда «А.Коркунов» или же вы принимаете участие в работе над другими брендами Wrigley и Mars?
— Я занимаюсь только одним брендом — «А.Коркунов». Это мое, родное! Разработкой и производством продукции Mars занимается профессиональная команда компании.
— Какую продукцию Mars выпускает Одинцовская кондитерская фабрика?
— Пока только шоколадные конфеты Dove Promises.
— Почему только один продукт?
— Дело в том, что есть специфика производственных мощностей фабрики. Если завтра Mars предложит еще какой-нибудь продукт, который можно эффективно производить на оборудовании Одинцовской кондитерской фабрики, мы это сделаем.
— По условиям сделки с Wrigley можете ли вы реализовать свои проекты в кондитерском секторе?
— Могу, но не буду. Есть хорошая русская пословица: два раза в одну реку не войти. Некоторые пытаются это сделать, но мне это неинтересно.
СПРОСИТЕ У ТАРИКО
— Сразу после покупки корпорацией Mars компании Wrigley вы надеялись раскрутить бренд «А.Кор¬кунов» по всему миру, но до сих пор этого не произошло. Почему?
— Мы, русские, очень спешим: организовали бизнес за один год, на третий год его существования хотим быть известными во всем мире. К сожалению, все происходит не совсем так. Сделка с Wriglеy состоялась в 2007 году, сделку с Mars провели в 2009 году. По сути, только сейчас можно говорить о завершении слияния и начале эффективной совместной работы в области дистрибуции. Мы не отказываемся от своих планов и планируем в будущем выйти на американский и европейский рынки, а также расширить свое присутствие на рынках постсоветского пространства.
— Но какие-то сроки вы определяете для реализации этой маркетинговой задачи?
— Сегодня мне не хотелось бы называть точные сроки.
— А в странах дальнего зарубежья, где представлена русскоязычная диаспора, к примеру в Германии, Израиле, вы продаете свои конфеты?
— Пока не продаем. Нельзя на эти рынки входить по-дилетантски. Кто сейчас знает бренд «А.Коркунов», например, в США? Для выхода на зарубежные рынки нужны серьезные инвестиции. Можно протестировать рынок, договориться с какой-то сетью на пробные партии, но желаемого результата не будет. Рынок нужно подготовить. Если спросите у Рустама Тарико, сколько он вложил в то, чтобы «Русский стандарт» стал ведущей водкой в Германии, то, я думаю, речь будет идти об очень серьезной сумме. При этом водка, например, в Германии ассоциируется с Россией, тогда как с шоколадом у немцев таких ассоциаций нет. Так что инвестиции для успешного завоевания немецкого рынка конфет должны быть существенно больше, чем у Тарико.
— После сделки проводились модернизация и расширение фабрики? Сколько было инвестировано в этот процесс?
— Мы увеличили мощности, вложив достаточно много средств в автоматизацию и в совершенствование системы контроля качества. Инвестиции также шли на развитие системы продаж. Еще одним направлением инвестиций стала социальная сфера — мы улучшили условия труда наших сотрудников, модернизировали офисы. Однако по корпоративным правилам я не имею права раскрывать объем вложений.
— Если дистрибуция усилилась, то как выросли объемы продаж?
— Могу сказать, что если раньше продажами конфет «А.Коркунов» занимались 1 тыс. человек, то сейчас 5 тыс. По данным агентства Nielsen, доля бренда в 2011 году выросла на 0,5 пункта и составила 12,3%. Однако надо учесть, что Nielsen учитывает все конфеты, и нешоколадные в том числе. Например, есть известный итальянский бренд конфет, но в нем нет шоколада. Он имеет 16% рынка конфет вообще, но если быть строгим, то он не попадает в категорию шоколадных конфет.
УЗНАЮТ ПО ПАСПОРТУ
— Осенью 2011 года появилась измененная упаковка конфет «А.Коркунов». Кто инициировал ребрендинг продукции — вы или Mars?
— Еще в процессе купли-продажи фабрики с компанией Wrigley шел диалог о дальнейших планах ее развития. Я уже тогда говорил, что необходимо заняться ребрендингом, поскольку прошло определенное время и это нужно делать. Также обсуждалась необходимость вывода новых продуктов. Когда же пришло новое руководство, мы принялись реализовывать эти шаги и новый собственник выделил бюджет на эти цели. Поэтому не следует думать, что я начал предлагать ре¬брендинг после сделки. Это естественный путь любой компании. Если этого не делать, можно потерять потребителя.
Идея ребрендинга возникла давно. 2008—2009 годы были довольно тяжелыми для кондитеров. Сейчас пришло время для такого обновления. Конкуренты не дремлют — появляются новые виды упаковки, новые технологии нанесения краски на упаковку, новые пленки и прочее. В результате на обновление было потрачено несколько миллионов долларов.
— Привлекали иностранцев к ребрендингу?
— Новый дизайн нам разрабатывала итальянская компания, и, по-моему, получилось очень удачно.
— Как вы думаете, это увеличит узнаваемость бренда?
— Отвечая на этот вопрос, могу рассказать забавный момент. В кризис, когда упало потребление, узнаваемость торговой марки «А.Коркунов» тоже упала. Сейчас с выходом из кризиса растет потребление, а с ним и узнаваемость. Я на себе это чувствую! Например, в аэропорту я подаю свой паспорт и персонал сразу меня узнает (смеется). Такой же всплеск узнаваемости был в 1999—2000 годах.
— То есть вы действительно считаете, что потребительский спрос восстанавливается?
— Надо сказать, что в кондитерском сегменте всегда наблюдается запоздалая реакция потребителя на изменение экономики. К примеру, кризис осени 2008 года мы почувствовали на три месяца позже, чем другие отрасли. Но мы и выходим из кризиса несколько позже.
Люди стали более разборчивы, избирательны. Во времена кризиса проигрывает продукция среднего ценового сегмента, выигрывают дешевый и дорогой сегменты. Наш потребитель готов заплатить чуть больше, будучи уверен, что получит хорошую качественную конфету.
— У вас до сих пор только один бутик по продаже конфет, хотя вы планировали создать сеть. Есть ли сейчас такие планы?
— Это был имиджевый проект и пока остается таковым. Нет необходимости, производя тысячи тонн серийной продукции, еще и заниматься бутиками. Наверное, этих магазинов много и не должно быть. Возможно, появится еще один, но этого достаточно для Москвы. Ритейл эксклюзивной продукции требует своих специалистов. Мы специалисты по промышленному производству конфет. Если развивать розничную торговлю, то надо искать партнеров, которые имели бы опыт в этом сегменте. К тому же надо учитывать еще один обременяющий фактор — цены на недвижимость и ее аренду в Москве. Это может быть большим препятствием для тех, кто хотел бы развивать такой бизнес.
— А, к примеру, в Лондоне открыть бутик не хотите?
— Туда надо еще довезти! В Москве наша продукция уже через 1,5 часа будет на полке. Я уверен, что спрос на подобную продукцию в Лондоне и Париже будет. Но это бизнес для небольшой частной компании, а не для такой корпорации, как Mars. Тем не менее опыт розничных продаж имеется и у Mars — в Нью-Йорке на Мэдисон-сквер и в Лон¬доне располагаются шо¬коладные магазины под маркой М&М, но это выделенное направление бизнеса.
— Неужели к вам никто не обращался с предложением открывать магазины по франчайзингу?
— Мы готовы развивать сеть по франчайзингу. Если по России появит¬ся несколько десятков магазинов «А.Коркунов», это будет положительно действовать на имидж нашей продукции. Но в России предпринимателей, которые стремятся развивать маленький семейный бизнес, очень мало. Мы сами выходили с предложениями, общались, но не сложилось. В России две крайности: люди либо не хотят заниматься бизнесом, либо хотят сразу заработать миллиард. К сожалению, сеть шоколадных бутиков миллиард не принесет.
ОТ ШОКОЛАДА ДО КЕТЧУПА
— Вы зарегистрировали в Роспатенте товарный знак «А.Коркунов» по разным классам товаров, в том числе по таким, которые не выпускаете, — мясо, кофе, кетчупы. Вы планируете заняться производством этих продуктов?
— Нет, не собираемся. Дело в том, что когда мы начали производить конфеты и шоколад «А.Коркунов» и заняли лидирующие позиции на рынке, я увидел, что на прилавках появились пельмени примерно в такой же упаковке, что и наши конфеты. Значит, мы должны были защитить себя со всех сторон, и для этого еще в 1999 году мы зарегистрировали наш бренд сразу по нескольким классам, в том числе по кетчупам, колбасе и т д. А уже в 2007 году товарный знак «А.Коркунов» получил статус общеизвестного, и теперь никто не имеет права выпускать продукцию под этим брендом.
Спустя десять лет, как того требует закон, произошло продление регистрации товарного знака по всем зарегистрированным ранее классам, и в этот момент история стала публичной. После статьи в РБК daily мой телефон плавился от звонков с предложениями наладить выпуск продукции под брендом «А.Коркунов». Кто только не звонил! Сотрудничество предлагали мясокомбинаты, цехи, выпускающие колбасу, соусы (смеется).
Но суть в том, что бренд «А.Коркунов» всегда будет связан с шоколадом и под ним не будет выпускаться что-то другое. «А.Коркунов» всегда должен ассоциироваться с хорошим, качественным шоколадом и ни с чем больше.
— А как вы оцениваете ситуацию, когда крупнейшие игроки кондитерского рынка — «Объединенные кондитеры» и Kraft Foods — отстаивают свои права на известные советские знаки?
— Это последствия нашего советского прошлого, когда интеллектуальная соб¬ственность не имела никакой цены и ею никто не занимался. Шоколад «Аленка», водка «Столичная» — никто не понимал ценности этих брендов. Только сегодня стали понимать, что, владея брендом, ты можешь заработать больше, чем владея заводом. Бренд учитывается в цене компании и сегодня может составлять колоссальную долю.
Сегодня ситуация, в которую попали бывшие советские фабрики, является очень запутанной, и в этом должен разбираться суд. Такие ситуации — отпугивающий фактор для иностранных инвесторов. Весь бизнес FMCG построен на торговых марках. Фабрики можно построить за один-два года, а бренд и доверие к нему потребителей строится столетиями. Я знаю, сколько времени и сил надо на то, чтобы построить новый завод, и, имея опыт, смогу построить его быстрее, но я не знаю, смогу ли сделать еще один бренд таким же успешным, как «А.Коркунов», и сколько я потрачу на это средств.
— Какова сейчас стоимость бренда «А.Коркунов»?
— Сегодня он, наверное, стоит дороже, чем в 2000 году, хотя бы уже потому, что мы выдержали два кризиса — 1998 и 2008 годов. Бренд «А.Коркунов» стал бизнес-кейсом для студентов двух экономических школ: во французском институте INSEAD в городе Фонтенбло, где я лично читал лекции, и в российской Финансовой академии, где есть целый курс по бренду. Есть разные оценки брендов, но наш сравнивается с некоторыми шоколадными, которые существуют на рынке 150 лет.
НЕУДАВШИЙСЯ СГОВОР
— Как складываются отношения с ритейлерами?
— По-разному. В 1999 году, когда мы начинали, доля продаж через торговые сети не превышала 5%, и тогда можно было встать на полку бесплатно. Сейчас через современные форматы торговли мы продаем более 50% нашей продукции. В итоге мы тоже стали платить за место на полке.
В 2000 году представители Ferrero, Cadbury, Nestle и Одинцовской кондитерской фабрики обсуждали тактику работы с торговыми сетями и перспективы сотрудничества с ними. Мы договорились занять консолидированную позицию, что за полки платить не будем, по итогам встречи пожали руки, и, как только разошлись, каждый начал платить и выбивать себе более выгодные условия, в том числе и в прикассовой зоне.
— А закон о торговле снизил давление со стороны сетей?
— Я считаю, что он сбалансирован: улучшил положение производителей и где-то отстоял интересы организованной розницы. Есть определенные моменты, которые закон жестко регулирует, например сроки отсрочки платежа, невозможность взимания платы за полку, закон дал больше места на полке сельскохозяйственной продукции и прочее.
Сейчас обсуждением закона о торговле я занимаюсь не только как частный бизнесмен, но и как вице-президент «ОПОРА России», член комиссии по малому и среднему предпринимательству при вице-премь¬ере Игоре Шувалове. Но непосред¬ственно с торговыми сетями я не веду переговоров. Продажами конфет «А.Коркунов» занимается компания Mars.
— По вашему мнению, каким образом на отечественную кондитер¬скую отрасль повлияет вступление страны в ВТО?
— Не вижу никакого влияния ВТО на нашу отрасль. Основные мировые игроки уже присутствуют в России, и мы давно конкурируем. Более того, я ожидаю от вступления в эту организацию снижения пошлин на ингредиенты — какао-бобы, орехи, часть упаковки, что может прине¬сти определенные положительные моменты для производителей.
— Насколько критично сказывается на кондитерах рост цен на какао-бобы и другое сырье? Какого роста цен на сырье вы ожидаете в ближайшие годы?
— Мы уже проходили резкие скачки и падение цен на сырье. Сейчас сложно говорить, что нас ждет в текущем году. Есть такие факторы, как валютные курсы, волатильность цен на биржевые товары, в том числе на какао-бобы. Мы стараемся минимизировать эти риски и в случае низких цен зафиксировать в договоре этот ценовой уровень на какой-то период.
Однако не все можно спрогнозировать и не от всего можно застраховаться. Например, нестабильная политическая ситуация в Кот-д’Ивуаре уже давно приводит к тому, что растут цены на какао-бобы. Мы же в своем производстве используем какао-бобы только из этого региона, поэтому для сохранения качества вынуждены мириться с ростом цен.
— Какие у вас ожидания по развитию кондитерского рынка на 2012 год?
— В 2011 году рынок вырос примерно на 7%, в 2012 году мы ожидаем рост примерно того же порядка. Под влиянием макроэкономических факторов этот рост может быть, конечно, меньше или больше, но перед нами стоит задача продолжать расти быстрее, чем рынок.
— Как сейчас развиваются другие ваши проекты? Бизнес по выпуску сухариков «Воронцовские» настолько же успешен, как и кондитерский? Насколько я помню, вы собирались строить технопарк рядом с кондитерской фабрикой. И еще у вас есть банк в Татарстане...
— Все мои проекты для меня по-своему дороги, поэтому мне не хотелось бы сравнивать их между собой. Скажу лишь, что бизнес по производству снэков «Воронцовские» развивается успешно.
Все большей популярностью пользуются индивидуальные склады, которые предлагает компания Mobius. Хотя еще несколько лет назад данная услуга была новинкой. Суть ее состоит в том, что мы предлагаем в аренду контейнеры разного объема на любой период времени. Например, если вы делаете ремонт, вы можете на пару месяцев оставить у нас мебель и прочие вещи. Бокс можно привезти прямо к дому, туда все погрузят, опечатают и отвезут на площадку. Очень удобно в таких контейнерах хранить автомобильные по-крышки, велосипеды, а также дачные принадлежности, которые страшно оставлять без присмотра, но которым нет места в квартире. Наши склады пользуются популярностью у малых предпринимателей и у компаний, у которых есть сезонные особенности бизнеса, например рестораны сдают нам на хранение летние веранды.
В настоящее время основное мое внимание сосредоточено на Анкор Банке, что обусловлено сложностями на мировом финансовом рынке, о которых все мы прекрасно знаем. Что касается строи¬тельства технопарка, то сейчас оно заморожено и преждевременно говорить о его перспективах.

 

 Источник.

 



Комментарии


Комментариев пока нет

Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Авторизация
Введите Ваш логин или e-mail:

Пароль:
запомнить